Ритм и движение. В композиции всегда имеются линии, массы и формы, которые выделены сильнее, и, кроме того, формы, более раздробленные и мелкие. Все они или часть из них могут быть объединены с помощью ритма.

Ритм — это периодическая закономерная повторяемость одинаковых или схожих элементов, а также интервалов между ними. В изобразительном искусстве это обычно выглядит как повтор однородных элементов, которые при этом отличаются одним или несколькими признаками: цветом, очертаниями фигур, формой и размерами, направленностью и прочим. Это созвучие, похожесть и в то же время отличие компонентов на уровне нюансов.

Ритм ощущается в силу последовательного перемещения глаза вдоль ритмического ряда. Ритмом всегда задается движение. Чтобы появилось ощущение ритма в изображении, требуется как минимум три повторения: вторая единица позволяет предчувствовать закономерность, третья — подтверждает ожидаемое.

Частный случай ритма — метр, то есть простая повторяемость одинаковых единиц, регулярный ритм. Ритм никогда не укладывается в метр, поэтому он живет и движется. Ритм —это единство разнообразия и многообразия, это периодически разрешающийся конфликт ожидаемого и случившегося, и, кроме того, — специфическое переживание «перебоя» ритма при его нарушении.

Самые разнообразные ритмы влияют тем или иным образом на жизнь человека — ритм сердечной деятельности, ритм дыхания, смена дня и ночи, фазы лунного цикла, чередование времен года, элементы движения, циклы развития от зарождения до смерти и многое другое.

Столь же велико разнообразие ритмов в искусстве, начиная от боя барабана, организующего движение солдат, до ритмов в музыке и поэзии. Ритмы воздействуют эмоционально. Так, музыка способна повлиять на периодичность дыхания слушателя или даже привести к сокращению мышц. При зрительном восприятии возникает субъективное ощущение ритма у воспринимающего. Восприятие ритма — процесс активный, человек «переживает» его развитие, подсознательно сопоставляя ритм с прячущимся за ним метром.

В музыке, поэзии, танце, физическом труде ритм воспринимается в реальном времени. В изобразительном искусстве это — время восприятия изображения.

Илл. 317-320

Простейший вариант — разместить ритмические элементы в линейный ряд и прочитывать его слева направо. В первом случае это напоминает строй солдат по росту (илл. 317), во втором — спонтанное соединение пешеходов (илл. 318), в третьем — задержку движения (илл. 319), а в четвертом — его ускорение (илл. 320).

Классический пример ритма — картина П. Брейгеля «Слепые». «Слепые тянут друг друга в ров. Согласованная форма соединяет шесть фигур в ряд тел, которые начинают постепенно скатываться и, наконец, падают. На этой картине последовательно изображены стадии одного и того же процесса: беззаботность, растерянность, тревога, заминка и, наконец, падение» (Р. Арнхейм, 4 - 89). Ритм рассматривается в порядке развития, от вертикального положения к наклонному слева направо (илл. 321).

(Примечание 14)

Илл. 321, 322 (Геннадий Бодров)

В «Тайной вечере» Леонардо ритм обогащает полную симметрию деталей дальнего плана, «внося в их изображение волнистую линию жизни» за счет ритмического изменения фигур переднего плана (Б. Раушенбах, 34-41).

Самый расхожий пример ритма в фотографии — это снимки всевозможных ступенек и лестниц (одна из вечных фотографических тем, илл. 322).

Несколько схожих форм, непрерывно изменяющих свою величину или тон, задают движение от большего к меньшему или от темного к светлому (это связано с перспективным восприятием).

В линейном ритме (точнее, непрерывном, линия может быть и криволинейной) глаз всегда движется в направлении нарастания изменений.

Илл. 323, 324

Возможны движения к композиционному центру, или от рамки к геометрическому центру картины, или к смысловому центру, и так далее. В любом случае причина найдется, глаз выберет направление, ритм всегда живет в движении (илл. 323).

Движение, которое задает ритмический ряд, обладает одной интересной особенностью: двигаясь вдоль ряда, переходя от одного элемента к другому, мы воспринимаем их во временной последовательности. Это напоминает кинокадры, в результате мы можем, например, заставить фигуру вращаться (илл. 324).

Ранее был приведен пример разорванного ритма: последовательность ряда разрушена, но даже в этом случае ритм организует движение однозначным образом.

Остается добавить, что завершенность ритмического ряда — условие законченности.   Ряд может вести в никуда, но может и приводить к чему-либо.

Ритм, пожалуй, самая сложная и трудно переводимая на слова категория композиции. Если художественное произведение сравнивать с живым организмом, то ритм — это его пульс, дыхание. В композиции все как бы шевелится, движется, сталкивается, ритм — всегда развитие, порыв, волна.

Если про метр можно сказать, что это «одинаковое в разнообразии, ритм — разнообразие в одинаковости» (А. Далькроз, 39 - 39). А. Белый определил ритм как «организацию ударений» (39 - 40).

Ритм организует процесс восприятия изображения, делит его на множество временных интервалов, последовательность которых, в свою очередь, ощущается как музыкальное начало в композиции. Ритм — это чередование напряжения и разрядки, то есть постоянно изменяющийся конфликт (илл. 325, илл. 326).

Илл. 325 (Вернер Бишов), 326 (Андре Тюрпэн)

Илл. 327 (Валерий Михайлов), Илл. 328 (Т. Жерико "Скачки в Эпсоме")

Фотография всегда остановка движения, она не может показать реальное движение, на снимке будут запечатлены одна единственная фаза и один момент времени (илл. 327). Зато только с появлением фотографии стало возможным создать зрительную энциклопедию движений людей и животных. Это сделал Э. Мью-бридж в конце XIX века. Он же первый сфотографировал бегущую лошадь и доказал, что такой фазы движения, как на картине Т. Жерико не существует (илл. 328, 329).

Илл. 239 (Э. Мьюбридж)

«Мне думается, что прав Жерико, а не фотография, его лошади действительно скачут», — вступился за живопись О. Роден (28 - 613, 614). Ему вторит А. Доде: «Моментальный снимок может дать только ложное изображение. Снимите падающего человека, вам удастся дать один из моментов его падения, но не само падение» (35 - 82).

В самом деле, падающий человек на фотографии неподвижен. Это противоречие и помешало в первое время оценить по достоинству выразительность моментальных снимков. Человек застыл в полете, зато можно рассмотреть его лицо, что не менее интересно, чем изображение падения как такового. Тем более что в жизни мы не в состоянии не то что разглядеть, просто увидеть это.

Более того, со временем фотография научилась изображать и само движение, причем делать это не менее экспрессивно, чем живопись. И это не только идея многократного экспонирования различных фаз движения на один негатив (которую, впрочем, немедленно подхватила кинетическая живопись).

Чисто фотографические приемы передачи движения родились, надо думать, благодаря техническим ошибкам. Кто-то, снимая движение, забыл уменьшить выдержку и на пленке объект получился смазанным. А другой увлекся и при съемке повернулся вместе с камерой вслед за движущейся машиной. Первый способ съемки — это смазка, камера неподвижна, выдержка достаточно длительная для того, чтобы объект сдвинулся за время экспозиции. Второй способ — проводка (проводить, провожать), выдержка менее длительная, но не моментальная, объект перемещается и в том же направлении движется камера. В первом случае объект смазан, но фон резкий, во втором — объект относительно резкий, а фон смазан.

Вместе с тем, средствами композиции можно и в абсолютно резком изображении добиться ощущения движения, задать его в любом направлении, снизу вверх или справа налево.

В картине Жерико композиционный центр расположен в правой ее части: это светлое пятно лошади и двух жокеев, а также, что не менее важно, белая вертикаль столба. Диагональ темного облака также приводит глаз в правую часть картины. Соответственно с этим мы и рассматриваем ее справа налево, как и было задумано художником .

Так что глаз, перемещаясь по картине, может двигать какие-то фигуры на ней (лошади Жерико, машина на диагонали).

Глаз же заставляют двигаться прежде всего активные линии, в том числе такие как направления взглядов персонажей. И, кроме того, возникающие между фигурами, тонами и формами связи. От большего, выделенного светлого пятна мы переходим к меньшему. Это тоже движение, и оно вызвано композицией.

Сильное движение — ритмический ряд с уменьшением размера или тона — уже рассмотрен. При значительном уменьшении начального размера такой ряд всегда уходит в глубину изобразительной плоскости. Вообще, любая направленная активная линия вызывает ощущение движения.

Диагональ задает самое сильное движение, чаще всего в глубину изображения, особенно если она ведет к геометрическому центру.

Илл. 330 (Елена Лапина)

Илл. 331 ( Анатолий Черей)